Картины по русской истории. В.М. Кустодиев. Школа в Московской Руси.

Начало здесь.

Shkola_

Традиции школьного учения, высочайшее почтение к гра­мотности сохранялись на Руси, несмотря на бедствия ордын­ского завоевания. Благодаря развитию начальной школы к XVII веку уровень грамотности в России был по тем време­нам весьма высок.

Две группы населения были наиболее гра­мотными: это белое духовенство (от священника московского собора до сельского попа) и купечество, из среды которого вы­шли многие государственные и общественные деятели.

Купцы самостоятельно вели свою документацию и весьма заботились об обучении детей. Например, Яков Емецкий, умирая, писал, что двое его старших сынов «изучены промыслу, и изучены грамоте, и пети, и писати», а трое младших «не изучены ни промыслу, ни грамоте», а потому должны получить большую долю наследства, для учения.

Изучали купцы и иностранные языки, нанимая для этого приезжих иноземцев, составляя словари. Владели грамотой примерно на 70% монашество, на 65% — дворянство (в том числе многие женщины), на 40% — посадские люди, на 15% — крестьяне.

Особенно грамотным было крестьянство Русского Севера, менее задавленное крепост­ническим гнетом: крестьяне не только отдавали детей в школы, но усердно собирали библиотеки, писали книги, вели хозяй­ственные и летописные записи.

Начальные школы действовали по всей стране, равно в Москве или в Сибири. Например, в описи «обывательским дво­рам» Мещанской московской слободы (1677) значится горожа­нин, который профессионально «учит детей грамоте», и учит хорошо, поскольку в том же году под приговором мирских сходов в слободе стояли собственноручные подписи 36% насе­ления, в 80-х годах — до 40%, в 90-х — до 52%.

Писцовая кни­га Боровска (1685) сообщает, что на торговой площади «по­строена школа для учения детям: построена она Рождествен­ским попом Ефимом». В книге Кеврольского уезда (1673) зна­чится «бобыль Якушко Павлов, прозвище Тренка, учит детей».

Средства на школу давали родители. Учитель был обычно один, а детей много, разных возрастов. Одни из них, как показа­но на картине, учили буквы и читали по складам, став на колени перед учителем.

Другие уже перешли от печатных и «устав­ных» рукописных букв к изучению скорописи. Часть детей ухо­дила после уроков домой, но многие родители считали полез­ным, чтобы дети жили при школе.

Здесь они и питались — на лавке справа недаром стоит котелок с кашей. «Пожалуйте, го­судари, — писал из-за границы знаменитый дипломат А. Л. Ордин-Нащокин, — прикажите в домишко мое, чтоб мальчика моего дали грамоте учить попу Григорию Опимахову и жил бы он у него в дому». Многие дворяне и купцы приглашали к своим детям домашних учителей, обычно со знанием иностранных языков.

В XVII веке главным учебником стал Букварь, неоднократно переиздававшийся Печатным двором. Кроме азбуки, грамма­тических правил и правил поведения буквари содержали пропи­си, статьи по вероучению, краткие словари.

Многочисленные азбуки-прописи для изучения скорописи бытовали отдельно, часто в них включалась арифметика. В Азбуковниках излага­лись грамматика, словари иностранных слов, сведения по исто­рии, географии, философии, литературе и мифологии.

Пение было непременным предметом в начальной школе: без знаком­ства с «мусикией» человек не считался грамотным. Но уче­ние не оканчивалось после выхода из школы — человек всю жизнь должен был учиться по книгам, ибо «книги суть реки, напояющие вселенную мудростью».

Автор аннотации: А.П. Богданов

Продолжение следует.



Понравилась статья? Поделиться с друзьями: