Перуджино /часть 3/

Начало здесь.

В матрикулы сообщества Перуджино был внесен как «живописец», и это открывало перед молодым мастером возможность начать самостоятельную карьеру. С этого момента и на протяжении последую­щих лет деятельность Перуджино протекала в важнейших художественных центрах Италии того време­ни — во Флоренции, Риме, Венеции и Перудже.

За свою жизнь Перуджино создал огромное количество произведений. Он был неутомимым тружеником и превосходным организатором. Говоря современным языком, он был осмотрительным предпри­нимателем, возможно, первым в истории искусства художником-подрядчиком.

Ему удавалось одновременно управлять двумя мастерскими. Одна из них была открыта в начале 1470-х годов во Флоре­нции, где учились такие флорентийские художники, как Рокко Дзоппо, Баккьякка и молодой Рафаэль. Другая  в 1501 году в Перудже, откуда вышло целое поколение живописцев, способствовавших широ­кому распространению художественных идей учителя.

И все это,  не считая бесчисленных заказов, поступавших из других городов Италии. Свойственное Перуджино обыкновение подолгу затягивать выполнение работ, прерывая начатое и возвращаясь к нему по нескольку раз, позволяло художнику в одно и то же время трудиться сразу над несколькими произведениями и никогда не оставаться без заказов.

Прекрасная внутренняя организация мастерских помогала с наибольшей отдачей использо­вать труд помощников и способствовала распространению замечательных, новаторских композицион­ных замыслов мастера, которые получили широкое признание у публики и находили спрос в любом уголке Италии.

028

 /Мадонна с младенцем и святыми Иоанном Крестителем и Себастьяном/

Во времена Перуджино частое повторение одного и того же сюжета отнюдь не счита­лось признаком отсутствия воображения или композиционного дара. Напротив, это лишь подтвержда­ло, что тот или иной художественный образ особенно удался мастеру и получил высокую оценку, и очень часто художник делал реплики своих же работ непосредственно по требованию заказчика.

Распространение и повторение целых композиционных схем или же их отдельных фрагментов было особенно типично для практики больших флорентийских мастерских  Гирландайо, Боттичелли,  а позднее и для боттеги (мастерской) Рафаэля.

Обычно главы мастерской при работе над художествен­ным произведением оставляли за собой выполнение наиболее ответственных частей, доверяя помо­щникам участки менее важные, например пределлы.

Со временем такой подход превратился в широко распростра­ненное правило, позволявшее сокращать сроки исполнения заказа.

Однако композиционный замысел всегда оставался безусловной прерогативой Перуджино, разрабатывавшего идею с помощью графи­ческих эскизов и переносившего ее с помощью подготовительных прорисей и картонов на подгото­вленную для живописи поверхность.

Найденные Перуджино новые изобразительные решения оказали огромное влияние на современников и получили самое широкое признание. Когда мастер сам не при­нимал непосредственного участия в работе, он внимательно следил за действиями своих учеников и помощников.

Как правило, участие в создании одного произведения нескольких исполнителей не сни­жало качества и не нарушало единства общего впечатления. Помощники крупного художника, каковым был Перуджино, стремились подчинять индивидуальные приемы работы манере живописи других членов мастерской и в первую очередь признанному стилю возглавлявшего ее мастера.

Не сохранилось никаких документов, относящихся к периоду, предшествующему 1472 году, времени, когда членство в сообществе Святого Луки свидетельствовало о достижении Перуджино полной тех­нической зрелости и его готовности начать самостоятельную деятельность живописца.

Нет источни­ков, касающихся и первых лет этой самостоятельной деятельности. Лишь на основе стилистического анализа можно попытаться установить хронологию приписываемых художнику произведений.

Учиты­вая огромное число картин, вышедших из мастерских Перуджино, вполне логичным представляется использование следующего критерия при их оценке. Произведения, основную черту которых составляет ярко выраженный поиск выразительности, достигаемый с помощью точного рисунка, восходящего к флорентийским традициям, можно датировать началом 70-х годов.

Напротив, к более позднему вре­мени следует отнести те работы (в том случае, если документальные свидетельства отсутствуют), в которых все ярче проявляется сближение с новой манерой живописи, той самой, что со временем будет определять язык классического искусства, утвердившегося в Риме в начале XVI века при папах Юлии II и Льве X.

Творцом этой новой манеры, этого классицизма, достигающего почти античной чистоты языка в спокойном равновесии композиции, точности и изяществе рисунка и яркости насы­щенного светом колорита, был именно Перуджино.

035

/Оплакивание/

Вместе с ним в искусстве появляется «характерное, волнующее, впечатляющее». Он превзошел всех в изображении пространства и создании монумента­льных, гармоничных и почти музыкальных в своем ритмическом построении композиций.

Герои, насе­ляющие его картины и фрески, утрачивают конкретные черты земных мужчин и женщин, обретают тот «нежный и ангельский облик», который хотели видеть в искусстве современники Пьетро.

Фигуры в картинах позднего Перуджино торжественны и монументальны. Они величественны, лишены всего случайного. Подобному впечатлению способствует и особое, невиданное прежде созвучие цвета и линий, характеризующее язык нового классицизма.

Такова дань старого мастера молодому искусству Рафаэля. Перуджино умер в Фонтиньяно в феврале 1523 года во время эпидемии чумы, когда работал над маленьким алтарным образом, заказанным по обету монахами из Оратория Аннунциата.

В его последнем художественном «послании» проступает интерес к новому искусству. Это неудивите­льно, если учесть, что Перуджино был мастером гораздо более сложным и гибким, чем принято счи­тать.

Он всегда тонко чувствовал поставленные перед ним живописные задачи. О гибкости художника красноречиво свидетельствует композиция Поклонение пастухов из Треви: декоративная и простоду­шная

трактовка очень далека от спокойно-величавого изображения того же сюжета в Полиптихе Святого Августина. Вопреки сложившемуся определению Перуджино как «официального живописца», его творчество открывает нам истинный масштаб таланта и личности художника.



Понравилась статья? Поделиться с друзьями: