Когда разум спит…

7 Январь 2017 Сергей Сергеевич Comments off

«Когда разум спит,

сирены поют».

Макс Эрнст

В морозные рождественские каникулы нет лучшего средства для согрева, как окунуться в фантастическое искусство, не подвластное разуму. Фантастическое искусство встречается так часто и в таком разнообразии, что трудно точно определить, где оно начинается и где заканчивается.
Если Иеронима Босха к когорте этой школы вряд ли можно отнести, то его полотна Искушение св. Антония и Корабль дураков бесспорно относятся к этой категории живописи. В этой категории тесно переплетены мифология и фантастический компонент. В культуре 20 века сложно разграничить фантастическое искусство, сюрреализм, магический реализм, искусство абсурда и искусство сумасшествия, наиболее известным представителем, которого являлся Адольф Вёльфи (1864-1930).
Кто поспорит, что эксцентричный Сальвадор Дали был одним из величайших художников-фантастов? Люди с головами животных и птиц – фантастический элемент в искусстве Древнего Египта, то же самое можно сказать о гротескных фетишах и грозных тотемах многих примитивных культур.
Фантастика так или иначе присутствует во всех великих произведениях искусства – так было в прошлом, так несомненно, останется и в будущем. Однако сосредоточимся на нескольких примерах настоящего.
Хотел начать с ХР Гигера – художника, создавшего образ «Чужого» для фильма Ридли Скотта, но в инете его работы широко раскрыты (желающие лицезреть кошмары, биомеханоидов, выплеснутые дизайнером на холст, щелкаем сюда)
Доротея Таннинг. День рождения – работа выполнена в 1942 году (холст, масло. 102х64,8 см Филадельфия, Музей изобразительных искусств) Самая известная картина американки, написанная ею в период знакомства с сюрреалистом Максом Эрнстом, за которого художница вышла замуж в 1943 году и прожила с ним вплоть до его смерти в 1976 году.
День рождения
Внимательно всмотримся в эту работу. Уходящая вдаль анфилада комнат, не знающая границ- странное зрелище бесконечности. Полотно показывает пустоту уходящих залов – ни мебели, ни каких-либо предметов, ни людей мы не видим. Трудно избежать ощущения «дежа-вю», кажется, что мы эти комнаты уже видели – в кино? Например, в триллере Хичкока, где они казались невыносимо пугающими,
таящими угрозу?
Неизъяснимо очарование героини полотна: распущенные волосы, фиолетовая блуза, расстегнутая на груди, блестящая юбка цвета ягод шелковицы, свешивающиеся с пояса пучки водорослей. Кто она? Если взглянуть на лицо- оно очень похоже на лицо художницы в молодости. С другой стороны – водоросли- то ли ведьма, то ли привидение?
Загадочности добавляет присутствие некоего существа с наполовину напоминающего орла, летучую мышь и кошку. Желто-красные светящиеся глазки, смотрящие на зрителя, как бы приглашают нас окунуться в приключения, которые ожидают ее в этом фантастическом пространстве…
Впрочем, вспомним о названии День рождения – это просто эксцентричный автопортрет Танинг. Возможна еще и другая интерпретация сюжета. Пустая анфилада уходящих в бесконечность комнат – протест против традиционного уклада, который подразумевает, что быть существом социальным (известным, признанным)- это хорошо, непопулярным или просто непохожим на других – плохо.
«Таннинг же утверждает, что именно непохожесть на других – это и есть норма, что она дает свободу, позволяющую человеку жить в мире с собой и своими близкими» (Доротея прожила 101 год!).
Арнольд Бёклин. Остров мертвых работа выполнена в 1880 году (холст, темпера, лак. 111х155см Базель, Музей изобразительных искусств). Приступая к работе Бёклин не ожидал большого успеха: холст писался по заказу некой немецкой дамы, желавшей получить «картину, чтобы мечтать».
PWI83823
Для известного к тому времени мастера, Остров мертвых действительно стал «картиной, чтобы мечтать», – как в положительном, так и в отрицательном (третий из пяти выполненных художником вариантов принадлежал лично Адольфу Гитлеру и был выставлен в канцелярии Рейха) смысле данного высказывания.
Перед нами остров, освещенный лучами заходящего солнца. В окружении вздымающихся скал, растут темные кипарисы. Слева здание из белого мрамора, своеобразный «дом прощаний», символ перехода в иной мир, откуда, как известно, нет возврата.
В лодке два человека, один сидит в темно-красном плаще, другой в белом стоит к зрителю  спиной.Лодка перевозит саркофаг, покрытый светлой тканью. Молчание, царящее над этой мрачной вечерней сценой, практически осязаемо. Это как сновидение,- фантазия о конечной точке человеческой жизни.
Искать этот остров бесполезно, хотя он и был нарисован с натуры в Эрменонвиле – месте, где прожил последние дни своей жизни, умер и был захоронен французский философ Жан-Жак Руссо.
Чзан Сяоган. Фотография большой семьи №1 работа нарисована в 2001 году (холст, масло. 200х300 см Собственность автора)
Фотография большой семьи №1
На картине мы видим семью. Лица их как маски, за которыми невозможно разглядеть какие-либо приметы индивидуальности. Что их связывает,- так это только тонкие красные линии – кровные узы. Семья превратилась в памятник самой себе. Их гармоничный союз (вспомним «культурную революцию») оказывается химерой.
По словам самого автора Чзан Сяогана: «живя в большой семье, первое, чему мы учимся, – это скрываться в собственном внутреннем пространстве и только притворяться, что являемся ее членами».